kitobow: (Не будите во мне зверя)
На приём приходила одна обыкновенная семья, состоявшая из мамы и сына-младшеклассника. Чужая мама оживлённо рассказывала о том, что сына приняли в какую-то команду.
- И они придумали униформу и долго выбирали цвет командной униформы. В конечном итоге, остановились на оранжевом цвете, - женщинка долго рассуждала о перспективах жизни своего мальчика и о том, как он добъётся успеха в жизни.

Когда они ушли над отделением повис вопрос «о какой команде шла речь?». Чужая мама и её дитя так много говорили о цвете командного костюма, что совершенно упустили суть неких коллективных занятий.
- Orange? Where would you wear orange clothing? – сказал главный врач, поправив очки в дорогой оправе.
- Like in penitentiary? – сказала я.

* «penitentiary» – тюрьма по-английски.

- А давайте закажем оранжевые униформы для всех сотрудников отделения и прогуляемся до ближайшего старбакса на углу. Мы специально пойдём пешком вдоль дороги, - сказал главврач в завершение темы.
kitobow: (Тодда все бесят)
За ланчем обсуждали програму какого-то грядущего стоматологического симпозиума. В списке лекторов обнаружилась интересная докладчица, некто Доктор Берман, сексопатолог. Выдвигались различные версии относительно темы доклада. Сексопатолог, заглянувший на огонёк к стоматологам, это источник многих пошлых шуток. Полагаю, что лекция будет посвящена вечной теме «Everyone is fucked up work-wise».
kitobow: (Default)
Вчера вечером подшефный подросток начал заламывать тонкие ручки и сетовать на проблемы с внешностью. Проблемы сводятся к вечному раздражающему фактору "just because your mama was ugly". Я спросила ребёнка: гуглил ли он возможные методы коррекции проблемы? Суть проблемы – не важна. Вдруг кто-нибудь завтракает. Мне ответили, что Гугл настоятельно рекомендует "пересадку головы" в эстетических целях. И это очень дорого.

Подросток продолжал заламывать бледные ручки и всячески корил судьбу:
- Мама, почему мы такие страшненькие?
- Не надо говорить "страшненькие". Мы - не страшненькие, мы - своеобразные. При нашем марийско-мордовско-комяцком замесе всё могло быть намного хуже.

"...когда Шариков смотрел на себя в зеркало, то ему казалось, что бабушка его согрешила с водолазом."

- Что же мне делать? – вопил изъеденный гормонами подросток, - Как я буду жить без "пересадки головы"? Я столько лет мучаюсь от *. Ах-ах-ах.

Я ненадолго задумалась:
- Я завтра спрошу на службе. С нами работает пара пластических хирургов. Я их много лет знаю. Я спрошу.

День сегодняшний оказался вчерашним завтра. По утру я обратилась к хирургической фельдшерице:
- Мой ребёнок думает, что у него проблемы с внешностью, - я подробно изложила суть проблемы.

Фельдшерица внимательно выслушала моё повестовование и сказала, что наведёт справки. Я ушла принимать своих пациентов.

В течении часа мне в почту упало вежливое письмо от одного убелённого сединами пластического хирурга. В письме сообщалось, что:
«...данный хирург не сочтёт за труд произвести необходимую "пересадку подростковой головы". Мало того, у него есть специальный чулан, под самый потолок заполненный неиспользованными подростковыми головами. Можно пришить ребёнку вторую и третью головы. Сколько угодно голов. По желанию. Далее, в письме говорилось, что для успешной коррекции подростковой внешности потребуется консультация дерматолога. Имя и фамилия хорошего специалиста прилагались, дополненные примечанием, что пластический хирург уже позвонил своему коллеге.»

Я снова постучала в дверь хирургической фельдшерицы:
- Слушай, а сколько с нас возьмут за труды?
Фельдшерица махнула рукой:
- Не волнуйся. Не верь Гуглу. Это мы с чужих много берём.

Мораль сей басни такова:
"Mama was ugly, but she worked in the right place".
kitobow: (Тодда все бесят)
Некоторое время назад мне подумалось:
- А не наебениться ли?
Меня одолела грусть и я отправилась в ближайший магазин. За водкой. Я очень хорошо вписываюсь в ландшафты и интерьеры окружающей среды. Внешний облик не выдаёт русского шпиона-диверсанта. Джинсы Levi’s и такая же куртка. Чёрная бейсболка, надетая козырьком назад, чёрные солнцезащитные очки и непременная жувака, которая всегда являлась литературным шаблоном в деле опознания средне-статистических американцев.

Когда моя рука коснулась водочной бутылки, у меня за спиной возникла некая пара: настоящая американка-"homemade" и её спутник жизни.

Заметив водку, дамочка заметно оживилась. Прозвучал восторженный монолог:
- Мне скоро будет сорок лет, а я никогда! Вообще никогда не пила водку. Всё нужно попробовать хотя бы один раз. Иначе, зачем жить? Нужно постоянно приобретать новый жизненный опыт и знакомиться с новыми идеями и вещами.

Далее говорящая обратилась ко мне:
- Have you had Vodka before?
Я кротко кивнула и сказала "Йес".
Дамочка не унималась:
- Tell me, please, is that a nice product?

Меня спросили, является ли водка хорошим продуктом? Конечно, является. Водка – это очень хороший продукт, достойный всеобщего потребления.

Далее женщина задала мне последний вопрос:
- Does it give you headache?
- Me? No. Never.

Спрашивающая очень воодушевилась и обратилась к своему спутнику:
- Давай купим большую бутылку и выпьем её вдвоём. Прямо сегодня. Прямо сейчас. Эта nice lady сказала, что у неё не бывает утренних головных болей.
Дамочкин бойфренд кивнул и, кажется, согласился.

Американские Адам и Ева прогуливались по райским кущам провинциального супер-маркета. И, вдруг, с ближайшей берёзы спустился адский серпент в шапке-ушанке. Серпент насвистывал мелодию "Эх, яблочко, да на тарелочке!" Участь незамутнённого сознания Адама и Евы была решена.

Я вернулась домой и села грустить, уронив пахитоску в уголок рта. Ко мне подошёл паппо Б. Я пересказала ему монолог магазинной дамочки и свои ответы.
Большой Б. покачал головой:
- Зачем ты так? Им завтра – на работу, а они умрут от головной боли.
В течении последующих нескольких дней я внутренне веселилась от того, что внесла свою скромную лепту в борьбу с Мировым Империалистическим Злом.

Сегодня утром про мою душу пришло Возмездие. Первая утренняя пациентка неожиданно много шумела. Молоденькая девочка, слегка за двадцать лет, пришла в зубную больницу вся окружённая ореолом вчерашнего мартини и других горячительных напитков. Девочка непрерывно хохотала и спотыкалась о ровный пол.
- Встаньте прямо, - попросила я, ставя девочку в рентгеновскую машину.

Девочка внезапно залаяла, вырвалась из машинного зажима и лизнула меня в нос.
- Я – собачка, - сказала она и шумно засмеялась.

Было как-то неудобно спрашивать пациентку, пьяна ли она? Вместо этого я спросила, что она делала прошедшим вечером.
- Я ходила на концерт, а потом мы с друзьями ходили из бара в бар. Мы имели много фана. Я легла спать в три часа ночи. Странно, что у меня не болит голова.
- Да ты до сих пор пьяна, - подумала я и промолчала.

Девочка снова засмеялась и сказала молчаливой мне:
- Ты – очень смешная. Жалко, что мы не можем пойти в бар вдвоём.
Я подумала, что она права и кивнула.

Закончив снимать рентгены, я доложилась главному врачу:
- Моя пациентка – пьяна.
- А ты не ошиблась?
Я с укоризной посмотрела на главрача:
- За кого вы меня принимаете? И что делать?
- Извини за глупый вопрос. Извини меня. Конечно, ты знаешь о чём говоришь, - сказал доктор, - А по поводу "что делать?". Ничего. Мы кровь на анализы не берём. Хирургических процедур не производим. Запиши в истории болезни свои соображения по поводу состояния пациентки и отпусти её с миром. Что ты собираешься написать?

Я вздохнула и сказала:
- Напишу "Ах, где мои семнадцать лет?" и ещё "Очень завидую".
kitobow: (Default)
Во сторой половине дня в отделении появилась измученная молодая женщинка. Женщинка «ехала на тройке», то есть её сопровождали едва начавшие ходить тройняшки. Я поздоровалась. Пригласила семейство в свой фото-угол и начала фотографировать головы тройняшек сверху и снизу. Пока я возилась с одним из младенцев, двое других малышей зашли в больничную кухоньку и сели в уголок со своими нехитрыми игрушками.
- Как ангелы, - подумала я и вернулась к своей работе.

Спустя пару минут первый младенец был сфоторафирован в фас и в профиль.
- Кто следующий? – спросила я.

Ранее замеченные на больничной кухне, малыши вдруг вышли из кабинета хирургического фельдшера. Никто не видел как и когда они переместились из кухни в кабинет. Я на всякий случай заглянула в фельдшерский оффис. Моему взору открылась ужасная картина: фельдшерский утренний кофе был щедро вылит на важные бумаги. Сверху лежали неравномерные россыпи скрепок, кнопок и конфеток M&M.

Я молча наблюдала за последствиями действий двух невинных младенцев. Судя по всему, моё и без того бледное лицо совершенно подбледнело и вытянулось.

Выражение лица матери невинных младенцев заметно изменилось.
- О, ноу, - тихо сказала измученная женщинка.
- О, йес, - сказала я трагическим низким голосом.

Я отошла в сторону и постучалась в дверь смотровой. Поманила пальцем хирургическую фельдшерицу и сказала буквально следующее:
- Я очень сорри, но у тебя в кабинете произошло стихийное бедствие.

Фельдшерица заглянула в свой кабинет. Осмотрелась и вздохнула. Она вышла из кабинета, придерживая за уши белого плюшевого зайца. К слову сказать, это был наш больничный зайчик. Фельдшерица наклонилась над малолетними детьми и заговорила голосом опереточного злодея:
- Who did it? (кто это сделал?)
Дети посмотрели на фельдшерицу своими невинными голубыми глазами и дружно показали на плюшевого зайчика:
- He did it. (Он сделал это).

Плюшевый зайчик невозмутимо улыбался своим вышитым ртом. Зайчика немедленно передали в руки обвинителей.
- Tell them! Tell them! (Скажи им. Скажи им), - говорили дети, обращаясь к зайчику.
Зайчик молчал, понимая, что каждое слово может и будет использованно против него.

Малолетние вивисекторы окружили зайчика и испытующе смотрели на него. Зайчик безмолствовал. Дети начали тянуть зайцы за усы. Дети выкручивали белые плюшевые лапки. Зайца пытали, а он молчал. Его стойкости могла позавидовать сама Зоя Космодемьянская. Когда зайчику выкрутили левую нижнюю лапу с надписью «press here», заяц запел слова признания:
«I gonna hop! Hop! I just gonna hop.
Because if I stop I’ll do ogogo!»

Слова «сделаю огого» были приняты в качестве чистосердечного признания.
- He’ll do ogogo, - сказали недавно начавшие ходить невинные младенцы.

Фельдшерица покачала головой и заперла зайчика в шкаф. «Двое суток за мелкое хулиганство». Фельдшерица ушла, покачивая бёдрами. Я закончила фотографирование. Молодая женщинка собралась уходить вместе со своми невинными младенцами.
- Извините меня, - сердечно сказала она, - Извините нас, пожалуйста.
- Никаких проблем, - спокойно ответила я.
- Спасибо вам за вашу доброту и терпение, - сказала мама тройняшек, прикладывая руки к своей измученной груди, - Я так рада, что вы не сердитесь.
- Всегда, пожалуйста, - сказала я, - Это был не мой кабинет.
kitobow: (Тодда все бесят)
Ассистентка Донна вышла к утренней планёрке с дымящейся мисочкой горячей овсяной кашки с корицей. Кашка так чудесно пахла корицей и, собственно, кашкой, что главный врач сказал:
- А я очень люблю булочки с корицей.
Администраторша сказала, что любит шоколадное мороженое с коньяком.
Девочка Кассандра сказала, что умеет печь чудесный вишнёвый пирог.
Очередь дошла до меня. Я сказала, что не завтракала и ненавижу всех высказавшихся.

Мне было плохо всё утро, до самого обеда включительно. Пациенты приходили и уходили, а я напряжённо думала о куске холодной буженины, рассыпающейся на волокна, и о бокале холодного белого вина. Позднее образ холодной буженины померк и его место занял светлый образ шоколадного торта с ванильным мороженым на краю тарелки. Слабый запах шоколада чувствовался так ясно, как будто в больнице на самом деле был шоколад.

Я точила слепки и думала о свежих голубцах, купающихся в мясной подливе. Стайки несуществующих голубцов роились над точильным кругом, подобно кулинарным ангелам.

В мастерскую пришёл главный врач и администратор. Голубцы испугались, померкли и перестали мерещиться моему внутреннему взору.
- Плохи мои дела, - подумала я, наблюдая за приходом начальства.
- Кассандра опять болеет. Она уехала домой. Мы хотим, чтобы ты помогла в отделении, - сказали «семь генералов, прокормленные одним мужиком, в моём лице».

Я вышла в стерилизационную и начала упаковывать инструменты в автоклав. Кулинарные грёзы сначала упростились до образа булочки с маслом, а потом дополнились малиновым вареньем. Адский запах малинового варенья беспокоил меня до самого обеда включительно. Мои ноздри подёргивались в такт голодным мыслям. Я была не рада всему живому вокруг.

В обед я выскочила из отделения и бросилась в ближайший кафетерий. За стеклом кафетерия находился кулинарный рай. Там лежали румяные куриные ножки. Рёбра, из которых Бог сотворил Человека по образу своему и подобию. Тушёная капуста с тушёной морковкой. Булочки всех видов и мастей. Свежие фрукты. Жареная рыба. И многое-многое другое.

Я с трудом выстояла длинную очередь, состоявшую из одного человека. Взмолилась, чтобы мне скорее дали восточного риса с овощами. Мяса с подливой. И вишнёвого пирога. У них был вишнёвый пирог!

Вернулась в отделение и села за стол со всеми своими лакомствами. Другие обедающие мусолили чипсы, облизывали баночки с йогуртами и как-то недобро косились в мою сторону.
kitobow: (Художник Тодд)
Сегодня, после обеда, я вышла в приёмный покой, чтобы пригласить на приём очередного пациента. Увидев меня, мама пациента (совершенно незнакомая американка) начала радостно улыбаться и бросилась ко мне обниматься со словами:
- Спасибо тебе за всё, что ты для меня сделала. Я никогда забуду то время, которое мы провели вдвоём.
история>>> )
kitobow: (Тодда все бесят)
Ближе к обеду я направилась в кабинет нашего главного врача, чтобы показать ему свеже-снятые слепки. Есть такое правило, что врач ведущий практику, должен лично осмотреть каждый снятый слепок и мысленно благословить его.

Моему беглому взгляду, невнимательно брошенному в кабинет главного врача, открылось пустое кожаное кресло. Белый халат большого размера был небрежно брошен на спинку кресла.

Я обратилась к администратору:
- Извините, пожалуйста. Вы не знаете, где прячется главный врач?
- Я не брала, - сказала администратор, - Ищи настойчивее.

В это же самое время я заметила, что маленькая дверь, ведущая в шкафчик для дежурной метлы, была слегка приоткрыта. Из-за двери торчал ботинок очень большого размера.

Я острожно обратилась к ботинку:
- Хай. А у меня, тут, слепки. Благословить не желаете?

Ботинок нервно вздрогнул и пошевелился. Вдруг из дежурного шкафчика показался второй ботинок очень большого размера. Ботинки медленно двигались в мою сторону и вскоре закончились, собственно, главным врачом, который бодро доложился:
- Нашёл! Вот она! - В большой руке была какая-то потрёпанная книга.

Я вдохнула-выдохнула и сказала:
- I’m so happy that you finally came out of the closet!

Мохнатые брови главврача начали двигаться неодобряющим образом.
Я попятилась назад, шепча себе под нос:
- Для меня английский, это - не родной язык. Не родной. Не родной. Я просто хотела сказать, что сначала вы сидели в шкафу, в потом вышли из него. Вошли-вышли. А английский не родной.

В это же самое время администратор нашего отделения смотрела в монитор на список пациентов, которые завтра прийдут к нам на приём. Она смотрела на распорядок дня и очень смеялась.
- От чего? От чего вы так заразительно смеётесь, глядя в распорядок дня?
Потом я сама заглянула в этот же самый распорядок и сказала:
- Зачем же вы смеётесь? Плакать надо. Плакать навзрыд.
kitobow: (Тодда все бесят)
Сегодня в нашем отделении был день открытых дверей. Торжество посвещалось получению отделением государственной аккредитации. На территории Соединённых Штатов Америки имеется 48 медицинских центров челюстно-лицевой паталогии. Из них только 17 получили полную гос.аккредитацию. Мы в том числе. На фуршет пришло высокое госпитальное начальство.

Главный врач искренно поблагодарил всех хирургов, ухогорлоносов и приходящих фельдшеров, за их непосильный труд. Потом очередь дошла до работников отделения. И до меня в том числе:
- Позвольте мне представить вашему вниманию Полю (Поля - редкий экзотический зверь), которая художник по образованию, но всю жизнь хотела быть зубным техником. Поля, ты правда с детства хотела быть зубным техником?
- Yes.
- А если бы ты не была техником, то кем бы ты хотела быть?
- Армейским снайпером.

Высокое больничное начальство всячески оживилось и радостно захихикало.

Кроме всего прочего, вниманию публики предлагалась вот эта прекрасная рыба:



Публика смотрела на рыбу с некоторым страхом. Правый бок рыбы, обращённый к публике, отъели храбрые челюстно-лицевые хирурги, а большую часть левой стороны я наковыряла для Колечки. Всё равно бы её никто есть не стал.
kitobow: (Default)
По утру наша администраторша проснулась от того, что клиническая ассистентка Кассандра прислала администраторше записку следующего содержания ""люблю тебя больше, чем жизнь". Та ей тоже написала "I love you too". Ассистентка послала записку по ошибке. Хотела мужу послать, но ошиблась номером.

В это же самое время главврач отделения ел капкейк с синим кремом и возмущался, что ему никто не пишет признаний в любви. Я послала главврачу смс "люблю вас больше, чем Кассандра администраторшу'.

Бедный богатый главврач прибежал ко мне в мастерскую с криком:
- И я люблю тебя! - Потом он показал мне свой синий язык и сказал, что он - собака породы чау-чау.

А ведь у нас ни разу не сумасшедший дом.
kitobow: (Тодда все бесят)
В дверях отделения появилась некая семья.
- Здравствуйте. Как вы поживаете? Как зовут вашего прекрасного мальчика?
- Чарльз. Его зовут Чарльз, - пояснила мама пятилетнего ребёнка.
- Как вы обращаетесь к нему в домашней обстановке: Чарли или Чак?
- Нам не нравятся оба уменьшительно-ласкательных варианта имени нашего сына. И Чарли, и Чак звучат несколько неблагородно. Мы называем его “сэр Чарльз”. По сложившейся традиции всех мужчин в нашей семье называли Чарльзами Уилльямами, так что перед вами - сэр Чарльз Уилльям Четвёртый.

Все сотрудники отделения вежливо поклонились пришедшим.
- Хэллоу, Сэр Чарльз. Хэллоу и пойдёмте с нами.

Сначала Сэр Чарльз капризно затопали своими маленькими ножками, а потом завертелись бешеным волчком. Они методично крутились вокруг своей оси и издавали низкий утробный рёв, который позднее медленно перешёл в космическое завывание верхнего реестра. Со стороны казалось, что в приёмном покое нашего отделения происходит запуск неопознанного летательного аппарата. Кручение продолжалось ровно до той поры, пока не нарушился внутренний баланс растущего организма.
- Чарльз! Не кричите так громко, Чарльз.

Сэр Чарльз упали навзничь. Они повалились на ковровое покрытие приёмного покоя лицом вниз и какое-то время лежали молча. Скорбное молчание было немым упрёком всем окружающим. Спустя некоторое время Сэр Чарльз изволили перевернуться лицом вверх и какое-то время созрецали потолок во всех его мелких деталях.

- Чарльз. Будьте хорошим мальчиком, Чарльз, - спокойно попросила родительница.

Сэра Чарльза подняли на ноги и отряхнули от ковёрной трухи. Непослушные коленки тоненьких ножек непроизвольно подгибались. Родители держали мальчика на весу, а он делал вид, что не может стоять сам.

Сэру Чарльзу сообщили о предстоящей прогулке по коридору. Сообщение наткнулось на внезапную тишину и полное отсутствие коммуникации.
- Пойдёмте Чарльз! Не бойтесь, Чарльз. Будьте мужчиной. Настоящие мужчины не сдаются.

Прислушавшись к советам, Сэр Чарльз ловко вывернулись из родительских рук и бросились зигзагом бежать по коридору. Сэр Чарльз бежали точно таким же манером, который можно наблюдать в приключенческих фильмах середины прошлого века. Где герою стреляют в спину, а он бежит, уворачиваясь от шальных путь. Бежит словно, путающий следы лесной заяц, ежесекундно совершающий непредсказуемый дрифт справа-налево.

- Чарльз. Куда же вы, Чарльз? Остановитесь плиз.
Сэр Чарльз на долю секунды оторвался от преследовавших его людей и завладел больничным компьютером. Ловкие липкие пальчики быстро открыли потайной ящик, в котором находился блок питания, и выдернули из него шнур. Разноцветный монитор вздрогнул неровными радужными полосами и вскоре почернел.

Сэру Чарльзу не удалось уйти от погони. Его снова схватили и снова повели.

Сэра Чарльза усадили в стоматологическое кресло. Маленькие липкие пальчики изо всех сил вцепились в подлокотники. В детских глазах на секунду мелькнули искорки страха. Страх быстро сменился любопытством.

Сэр Чарльз какое-то время крутили своей маленькой головой, а потом внезапно высморкались в пространство перед собой. Тоненькие струйки благородных соплей на секунду высветились в лучах радостного утреннего солнца, а потом растеклись по курточке и были немедленно размазаны в различных направлениях.
- Чарльз. Ведите себя прилично, Чарльз. Вам должно быть стыдно перед окружащими людьми. Чарльз.

Сэр Чарльз осмотрелись по сторонам и заметили пришедшего лечащего врача.

- Сэр Чарльз, пожалуйста откройте рот, - детские ладошки действовали от противного и моментально закрыли рот. Сэр Чарльз какое-то время закрывали своё маленькое лицо, а потом изо всех сил открыли рот и громко произнесли букву “А”. Лечащему врачу хватило одной секунды для правильной оценки ситуации и отношений между зубами.

Все присутствующие остались довольны собой и друг другом. Сэр Чарльз самопроизвольно спустились с кресла и принялись дёргать шнурочек, вдёрнутый в капюшон детской куртки.
- В наше время очень важно уделить достаточное внимание воспитанию хороших манер и благородства, - хором сказали родители мальчика.

Никто не осмелился возразить. Сэр Чарльз покинули пределы нашего отделения, сопровождаемые своей верной свитой. Сэр Чарльз ушли, но они непременно вернутся.
kitobow: (Я вас съем!)
Всё никак не успеваю пофотографировать штуки, которые я делаю на службе. Суета. Суета. Сделаю мульку. Отдам в отделение и поминай, как звали. Сегодня я успела сбегать за фотоаппаратом и отснять очередное приспособление.
под катом - зубики. До и после>>> )
kitobow: (Я вас съем!)
Я уже семь лет работаю в отделении челюстно-лицевых паталогий. Служба в странном месте наложила определённый отпечаток на моё восприятие окружающего мира и себя вместе с ним. Понятное дело, что любое лицо является асимметричным. Сегодня вечером я посмотрела на своё отражение в зеркале домашнего будуарчика и обратила внимание, что мой левый глаз расположен выше правого. Это - нормально. Отражение в зеркале ванной комнаты противоречило отражению в спальной. Правый глаз выше левого. Нечего на зеркало пенять, если рожа того. Но. Меня интересовала правда жизни, а не правда искусства. Зеркало в ванной комнате нашего мальчика демонстрировало симметрию. Я целый час ходила от зеркала к зеркалу, чем привлекла внимание домашних, которые посмеялись над моей проблемой.
kitobow: (Я вас съем!)
Примерно месяц назад, служебное начальство велело мне в обязательном порядке, посетить програму "anger management". Эти славные люди заездили рабочую лошадь и стали сами не рады, что лошадь кусается. По этому поводу, я смиренно посещала какую-то дурацкую програму псхилогической помощи сердитым больничным служащим, как и было прописано.

Сегодня утром я приехала на последнюю сессию с психологом, чтобы выяснить, что они "потеряли мой аппойнтмент".

- Мэм, я не знаю, что случилось с нашей програмой по учёту пациентов, но вашей фамилии нет в списке, - виновато сообщил психолог.

Я улыбнулась от уха до уха:
- Ничего страшного. Никаких проблем. Я сделаю другой аппойнтмент и приеду в следующий раз.
- Спасибо тебе за твоё терпение и понимание, - доложился больничный психолог.
- А что, у меня есть какой-то выбор?
- Ну ты могла бы возмутиться, - посоветовал добрый дядя.
- Да? Серьёзно? Ну хотите я сейчас выскочу в приёмный покой вашей дурки и устрою вам скандал с воплями, что я пришла на "anger management", а вы его проебали. Хотите я на вас жалобу в HR напишу? Скажу, что "my anger management pisses me off".

Поржали втроём: психолог, его секретарша и я. Психолог дал мне бумажку, что я "не опасна для общества" и отпустил с миром.
kitobow: (Я вас съем!)
Сижу за столом у себя в мастерской. Работаю. Точу очередное стоматологическое приспобление. Попутно пью чай из чашки. Допила свой чай. Заглянула внутрь чашки и увидела, что на дне лежит гипсовый зуб.
kitobow: (Тодда все бесят)
"Русское лицо" и "русская внешность" сильно отличаются от внешности белого европейца и внешности типичного американца. Отличие разных генотипов очень трудно выразить словами. Можно ткнуть пальцем в фотографии разных людей и сказать: вот это – американец, а это – русский. Причём, под словом "русский" я имею ввиду обобщённое представление о человеке славянских кровей. Мы валим в одну кучу русских, украинцев, белорусов, финно-угров и все возможные комбинации различных суб-этнических групп. Мы валим в одну кучу всех, кого можем. Всех, кто жил или имеет какое-либо отношение к одной шестой части суши, ранее звавшейся СССР. Ткнуть пальцем в фотографии или в конкретных представителей – очень легко, но крайне трудно выразить словами само отличие. Славянская колодка и славянские черты лица – они какие-то размытые, оттудловатые, нечёткие. И плюс ко всему прочему, у славян – широкие скулы. В то время, когда европейское (-читай американское) лицо выглядит каким-то остреньким, более скульптурным, более отчётливым.

Вчера я много думала о девочке Наташе из постинга этажом ниже и вспомнила эпизод трёх-летней давности. Моему сынуле нужно было сделать брейсы, потому что у него намечалась "бульдожья нижняя челюсть". Поэтому я привела своего ребёночка к нам больницу, где ему выправили прикус. Кстати, сделали это практически бесплатно. Я сняла ренгены со своего мальчика, а наш любимый главный врач сделал так называемый "cephalometric tracing". Речь идёт об анализе ренгена боковой проекции человеческой головы.



Я – не врач, поэтому не могу точно объяснить детали процесса. Те линии, которые вы видите на рисунке, обозначают определённые пропорции человеческого черепа. Существуют статистические таблицы наиболее характерных параметров по этническому типу в соответствии с возрастом пациента. Иными словами, среднее расстояние от кончика носа до середины уха среди афро-американских породстков будет отличаться от того же расстояния у азиатов или у англо-саксов.

Ну так вот. Дядюшка Ф. закончил делать замеры Количкиной головы и припёрся ко мне в мастерскую, нервно теребя штанину своих очень недешёвых штанов.
- Знаешь, я ничего не понял с твоим мальчиком. Ничего! Вы оба: и ты, и твой сын - натуральные белые европейцы. Вы же белые! Белее некуда! Вот я сделал трейсинг черепушки твоего сына и сравнил его черепушку с параметрами англо-саксонских таблиц. Сравнил. Распечатал. Вот посмотри. Ты видишь, что все номера красные? В соответствии с англо-саксонскими статистическими данными, твой мальчик – некондиция. А потом я, интереса ради, загнал Колины замеры в таблицу для азиатов. Все Колины цифры идеально сходятся с идеальными замерами средне-статистических азиатов. Согласно моим расчётам твой сын является азиатским красавцем. А вы же белые! Белее некуда! Как это так?

Я подумала и произнесла вслух известную фразу "поскреби русского – найдёшь татарина", что в переводе на английский будет звучать, как "scrape the Russian and you will find the Mongol".
kitobow: (Тодда все бесят)
Как вы помните, в среду после обеда, главный врач нашего отделения в очередной раз "развёлся" со мной и принял обет молчания. Он искренно молчал весь остаток среды. В четверг, ближе к вечеру, наш главный врач стал молчать как-то натужно и заискивающе поглядывать в мою сторону. В пятницу утром (то есть сегодня) он молча принёс мне чашку кофия и печенек.
- Do you know sign language? – спросил дядюшка Ф, выдержав драматическую паузу. Он очень хотел поговорить со мной, но стеснялся, ибо зарёкся этого не делать.
Я ответила, что у меня имеется limited knowledge of sign language.
- I only know one gesture, - я даже не стала показывать о чём идёт речь. Итак понятно.

Я принесла наборы слепков и машину, на которой симулируется человечкий прикус. Повесила на стенку диагностические фотографии. Мы приготовились делать model surgery. Речь идёт о пред-операционном процессе, когда слепки меряются, пилятся, склеиваются нужным образом, меряются ещё раз и отдаются хирургам, которые воспользуются нашими замерами, для того, чтобы распилить черепушку нуждающегося и собрать её (черепушку) обратно таким образом, чтобы окружающие не кричали в спину нуждающемуся "Вот урод, так урод!"

Сегодня, на нашем не-операционном столе лежали слепки челюстей некоей шестнадцатилетней девочки Наташи, которая родилась где-то под Воронежем и была брошена родителями. Девочке Наташе очень не повезло в жизни. Она родилась с заячьей губой и с волчьим нёбом. Родители сразу же сдали ребёнка в детский дом. Девочку Наташу усыновили какие-то добрые американские люди. Усыновили и привезли в богомерзкую Индиану.

У Наташи - сутулые плечи и очень "русское лицо". Неброское. Тонкие губы и широкие скулы. Если бы не взгляд пронзительных серых глаз, то это лицо можно было бы назвать совсем некрасивым. Я даже не знаю, как это объяснить. Одного взгляда на Наташины фотографии достаточно для того, чтобы понять, что она – русская. Я всё смотрела на её фотографии и представляла эту девочку в сером пальто совдеповского пошива. В бесформенной серой шали, которая досталась бы девочке с бабушкинского плеча. Эта Наташа просто обязана окать и волноваться об урожае огородной редиски. О прополке огурцов. Окучивать картошку. Гулять по Воронежской промзоне в синих сумерках. Ходить в церковь каждое воскресное утро. Выйти замуж за невзрачного шофёра. Родить троих детей и безысходно шамкать "Отче Наш" своим рано-обеззубевшим ртом. Серая российская мышь в сером пальто и в серой шали должна была бы органично вписаться в серые российские хляби, распластавшиеся от горизонта до горизонта под низким Воронежским небом.

Девочке Наташе очень не повезло в жизни. Она родилась с заячей губой. Попала в детский дом. И в конечном итоге очутилась на другой стороне земного шара в какой-то Индиане. Она свободно говорит по-английски и не знает никакого другого языка. Она никогда не будет окать. Не прочтёт "Отче Наш" в оригинале. Не расстанется со своими зубами. Не попадёт в Воронеж. Не узнает о существовании бесформенных серых шалей. Не узнает много-много другого.

Никто из Наташиного окружения не увидит признаков её изначальной судьбы, которая изменилась от того, что девочке очень не повезло в жизни.
kitobow: (Я вас съем!)
По утру я приехала на работу и пришла к себе в отделение. Мне на встречу вышел радостный главный врач:
- Здравствуй, старушка! - причём, главврачу на 20 лет больше, чем мне.

Шутки "про старушку" и болезнь Альцгеймера продолжались целый день.

Ближе к вечеру всех сотрудников позвали в конференц.зал. Позвали на планёрку. И, потом, кушать тортик, который портит фигуру.
Главный врач прикатил инвалидное кресло:
- Садитесь, бабушка!

Я села. Шутить, так шутить. Меня привезли в конференц.зал.
- А сейчас у нас будет планёрка! - сказал главный врач и начал говорить об успешности "повышения удоев".



Я начала ездить по конферен.залу, противно скрипя колёсами инвалидного кресла.
- Перестаньте скрипеть креслом! - попросил главный врач.
- Ась? - сказала я, быстро вжившись в роль характерной старухи.

Главный встал со своего кресла и подкатил кресло со мной к столу.
- Сидите тут! Не шумите! У нас - планёрка.

Я дотянулась до докторского галстука и затянула петлю потуже.
- Вы меня душите!
- Ась!

Главный отчётливо показал символическую композицию из трёх пальцев. Я легонько пнула главного по ботинку. Планёрка не клеилась.
- "Удои нашей больницы растут не по дням, а по..."
Голос врача перебило противное скрипение кресла. Принесли торт, который портит фигуру. С пятью свечками свечками. Я загадала желание и задула их.

Всем спасибо за вчерашние поздравления. Не вздумайте использовать мою фотку для сбора денег в тырнетах:) Поздравлять не надо.
kitobow: (Я вас съем!)
Поздний вечер.
Ко мне подошёл мальчег Коля (так же известный в сети a.k.a. ЯдовитыйГадюк97) с полуночным докладом:
- Мама, мама. Хочешь, я расскажу тебе смешную историю?

Я очень хотела послушать смешную историю. Я люблю смешные истории всех видов и мастей.
- Давай, - говорю, - Рассказывай свою историю.

ЯдовитыйГадюк97 начал своё повествование:
- Я играл в "Dead Space 2". В сети. В нашей группе был один игрок, который передвигался медленнее всех и постоянно погибал. Он утомил всех остальных игроков. Мы все удалили его из списков френдов. И забанили.

ЯдовитыйГадюк97 весело засмеялся, закончив своё повествование.

Я сначала не поняла, над чем тут нужно смеяться. А потом вспомнила эпический комикс про "иди спать. не могу. в интернете кто-то не прав).
kitobow: (Я вас съем!)
Поздний вечер.
Ко мне подошёл мальчег Коля (так же известный в сети a.k.a. ЯдовитыйГадюк97) с полуночным докладом:
- Мама, мама. Хочешь, я расскажу тебе смешную историю?

Я очень хотела послушать смешную историю. Я люблю смешные истории всех видов и мастей.
- Давай, - говорю, - Рассказывай свою историю.

ЯдовитыйГадюк97 начал своё повествование:
- Я играл в "Dead Space 2". В сети. В нашей группе был один игрок, который передвигался медленнее всех и постоянно погибал. Он утомил всех остальных игроков. Мы все удалили его из списков френдов. И забанили.

ЯдовитыйГадюк97 весело засмеялся, закончив своё повествование.

Я сначала не поняла, над чем тут нужно смеяться. А потом вспомнила эпический комикс про "иди спать. не могу. в интернете кто-то не прав).

Profile

kitobow: (Default)
kitobow

January 2013

S M T W T F S
   12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Aug. 23rd, 2017 01:38 pm
Powered by Dreamwidth Studios